Вход/Регистрация

Регистрация

Православный клуб

"Илья Муромец"

Клуб "Илья Муромец"Клуб, в котором занимается более 100 ребятишек, создан в 2010 году и находится под духовным окормлением клирика Свято-Троицкой Симеоновой Обители Милосердия иерея Николая Клигуна.

Оренбургская Голгофа

Отдел по канонизации

Оренбургская ГолгофаC сентября 2010 года отдел по канонизации святых работает под руководством благочинного Саракташского округа протоиерея Николая Стремского.

Станица Спасская

Православное казачество

Православное казачествоАктивно в жизни Обители Милосердия участвуют казаки Спасского станичного казачьего общества под руководством атамана - подъесаула Евгения Стремского.

Специальный проект

Ради жизни на Земле...

Свеча в благодарность за спасение жизниСамое большое преступление сегодня - преступление против семьи. Официальная позиция Свято-Троицкой Симеоновой Обители Милосердия по этому вопросу представлена ниже.

Вторник, 14 Февраль 2017 20:35

Борьба атамана Дутова

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)
Атаман ОКВ Александр Дутов на фронте Атаман ОКВ Александр Дутов на фронте

Атамана ОКВ Александра Ильича Дутова выбрало время. Время революций. И у Дутова были для этого необходимые качества: военный талант, храбрость, ораторский дар, умение поднять войска. И главное для православной России – Дутов был глубоко верующим человеком.

На гребне революции

Выдвижение Александра Ильича Дутова произошло пос­ле Февральской революции. Когда в Петрограде созывался Первый Общеказачий съезд (впоследствии его стали называть предварительным), командир казачьего полка войсковой старшина Дутов был избран делегатом от своего полка (тогда это была большая редкость). Председателем этого съезда, проходившего с 23-го по 30 марта 1917 года, единогласно был избран Дутов, что принесло ему всероссийскую известность.
7 июня в столице открылся Учредительный Всероссийский казачий съезд, на котором свыше 300 делегатов представляли 12 существовавших на тот момент казачьих войск страны. На круге /съезде/ сроком на
3 года был избран Совет Союза казачьих войск из 38 человек, причём количество избранных строго соответствовало численности и авторитету войска: Донское – 6; Кубанское – 5; Терское – 4; Оренбургское – 4; Забайкальское – 4; Уральское – 3; Сибирское – 3; Семиреченское – 2; Астраханское – 2; Амурское – 2; Уссурийское – 2; Енисейское – 1.
Постоянный Совет съезда своим председателем избрал войскового старшину A.И. Дутова. Во многих газетах страны появилось короткое обращение: «Прошу всех казаков, кому нужна справка по каким-либо вопросам казачьей жизни, обращаться на моё имя. Петроград, Загородный, 13, кв. 44. Председатель Совета Союза казачьих войск А.И. Дутов».
А.И. Дутов, как руководитель казачества, приобрёл большой политический вес. Он приглашался на заседания Временного правительства, его посещали иностранные послы, к нему был огромный наплыв делегаций.
В середине сентября Дутов был приглашён в Оренбург на Чрезвычайный войсковой круг, где вначале был избран почётным председателем, а 1 октября – войсковым атаманом Оренбургского казачьего войска и председателем войскового правительства, получив 111 голосов из 133. Он сменил на этой должности первого выборного (до этого были наказные) атамана ОКВ генерала Н.П. Мальцева, который не пользовался должной поддержкой казачества.
Избрание 1 октября 1917 года авторитетного, волевого, решительного, отважного, настроенного яро антибольшевистски потомственного казака Александра Ильича Дутова атаманом Оренбургского казачьего войска /ОКВ/ – третьего по численности среди тринадцати казачьих войск России – имело как для казачества, так и для диктатуры партии большевиков трагические последствия. Дутов был единственным среди 12 казачьих атаманов страны, кто после Октября не самоустранился и не был низложен или убит, а начал сразу беспощадную борьбу с новой (большевистской) властью.
Известно, что, например, атаман Донского казачьего войска А.М. Каледин застрелился, атаман Терского казачьего войска М.А. Караулов убит солдатами, а атаман Уральского казачьего войска М.А. Мартынов был вынужден под давлением сложить с себя атаманское звание. Список можно продолжить...

Начало борьбы с большевиками

25 октября, возвратившись из Петрограда в Оренбург,
А.И. Дутов оказался в эпицентре политических событий на Южном Урале. После получения известий об аресте Временного правительства губернский комиссар Временного правительства, городской голова Оренбурга, председатель объединённого Совета рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов, представители политических и общественных организаций приняли решение о передаче власти руководителю Оренбургского войскового правительства А.И. Дутову.
26 октября атаман ОКВ издал по войску приказ № 816 следующего содержания: «В Петрограде выступили большевики и пытаются захватить власть, таковые же выступления имеют место и в других городах. Войсковое правительство считает такой захват власти большевиками преступным, совершенно недопустимым. В тесном и братском союзе с правительствами других казачьих войск Оренбургское войсковое правительство окажет полную поддержку существующему коалиционному Временному правительству... Войсковое правительство... с 26-го октября приняло на себя всю полноту исполнительной государственной власти на территории войска».
Действия Дутова были одоб­рены комиссаром Временного правительства подпоручиком Н.В. Архангельским, представителями местных организаций и даже оренбургским Советом рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов, осудившим действия большевиков и пообещавшим не выступать в Оренбурге до получения указаний партийного руководства из Петрограда на этот счёт (большевики тогда в Совете не составляли большинства). По приказу Дутова казаки и юнкера заняли вокзал, почту, телеграф, были запрещены митинги, соб­рания и демонстрации. Оренбург был объявлен на военном положении. Тем не менее митинги в городе проводились.
В связи с нежеланием местных большевиков подчиниться, по распоряжению Дутова был закрыт оренбургский клуб большевиков, конфискована хранившаяся там литература, 5 ноября рассыпан набор 3-го номера и запрещено дальнейшее издание газеты «Пролетарий», редактор газеты А.А. Коростелёв задержан, однако через десять часов под давлением «общественности» освобождён.
Таким образом, Дутов взял под свой контроль стратегически важный регион, перекрывавший сообщение с Туркестаном и Сибирью, причём это влияло и на снабжение продовольствием Центральной России. Выступление Дутова в одночасье сделало его имя известным по всей стране. Перед атаманом стояла задача провести выборы в Учредительное собрание и поддерживать стабильность в губернии и войске вплоть до его созыва. С этой задачей Дутов в целом справился. Лично же принять участие в работе Учредительного собрания он, хотя и был избран депутатом, не смог.
Руководители большевиков быстро осознали, какую опасность для них представляло выступление оренбургского казачества. 25 ноября появилось обращение Совнаркома к населению о борьбе с Калединым и Дутовым. На вой­сковом круге в декабре 1917 года сторонники большевиков Т.И. Седельников и подъесаул И.Д. Каширин потребовали отставки Дутова и признания Советской власти, однако их предложение не встретило поддержки. Дутов вновь был избран атаманом, а 11 декабря постановлением войскового круга, Комитета спасения родины и революции, башкирского и киргизского съездов в границах Оренбургской губернии и Тургайской области был образован Оренбургский военный округ (командующий – атаман ОКВ А.И. Дутов, начальник штаба – полковник И.Г. Акулинин).
К сожалению, на первоначальном этапе борьбы с большевиками атаман ОКВ Александр Дутов не получил поддержку оренбургского духовенства на вооружённую борьбу, равно как и казачества, уставшего от войны. В его распоряжении было лишь около 2000 добровольцев из офицеров и учащейся молодёжи. Тем не менее, с этими силами казакам удалось отбить первое наступление на Оренбург (начавшееся 23 декабря 1917 года) войск чрезвычайного комиссара Петра Кобозева. Однако при повторном наступлении 19 января 1918 года Оренбург был взят красными. Дутов вместе с войсковым правительством ушёл в Верхнеуральск – центр 2-го военного отдела ОКВ, а затем в Тургай. Здесь партизанам достались значительные склады продовольствия и боеприпасов, оставшиеся после ухода отряда генерала А.Д. Лаврентьева, усмирявшего киргизские волнения 1916 года. Кроме того, казакам достались 2,5 миллиона романовских рублей. За время пребывания в городе (до 12 июня) казаки отдохнули, пополнили конный состав, обновили материальную часть.

Богоборческая власть

Тем временем новая власть показала себя сполна: не считаясь с казачьими традициями и образом жизни, разговаривала с казаками в основном с позиции силы, что вызывало в их среде острое недовольство, быстро переросшее в вооружённое противостояние. Для большинства казаков борьба с большевиками приняла характер борьбы за свои права и саму возможность свободного существования.
Одновременно большевики показали себя и как богоборческая власть. Уже 20 января в 5:30 вечера в архиерейский дом явились шесть балтийских матросов и увели в свой штаб епископа Оренбургского и Тургайского Мефодия (Герасимова), которого сопровождал его брат Леонид Львович. В вагоне на железнодорожном вокзале владыке учинили допрос. В вину ему было поставлено следующее: во время проповеди в беженской Татианинской церкви называл большевиков «бандой», дал карету атаману Дутову, говорил речь над убитыми офицерами и юнкерами на отпевании (известно как «Слово при погребении офицера и юнкера, убитых во время братского междоусобия»).
Когда владыка начал давать ответ, суровое настроение присутствующих стало смягчаться. Владыка сказал о том, что в беженской церкви говорил не о большевиках, а предупреждал беженцев против грабежей и погромов, карету дал не Дутову, а его больным детям для переезда с квартиры на квартиру, что Церковь совершает отпевание всех православных христиан, независимо от их политических убеждений, что на отпевании благословил пропеть «вечную память» всем, погибшим в братской распре, что он, как архипастырь, говорил и будет говорить против братоубийственной вой­ны. Смиренные и достойные ответы мудрого архипастыря удовлетворили матросов, и он был отпущен. Впоследствии владыке не раз ещё пришлось пережить допросы красноармейцев, но промыслом Божиим все беды и напасти лихого времени отвращались от его архипастырской главы. Издание «Оренбургский церковно-общественный вестник» опубликовало в то время ряд обращений и проповедей владыки, характеризующих его позицию: «Слово о братском мире в дни Великого поста», «Должно молиться о братьях наших, заблуждающихся в вере», «Господи, примири враждующих братьев», «Слово на Страсти Христовы», «Глас Божий призывает нас к покаянию», «К вопросу об отделении Церкви от государства».
Деятельность и проповеди епископа Мефодия в период, когда в столице казачьего вой­ска находились большевики, малоизвестна, но, учитывая более поздние выступления владыки, можно предположить нарастание его негативного отношения к партии, взявшей власть в руки, не имея на то мандат от народа.
Владыку не могло не возмутить поведение представителей власти в отношении Православной Церкви и её святынь. Например, в феврале красно­гвардейцы в одной из церквей (монастырской) Оренбурга начали сбрасывать иконы на пол, и это продолжалось до тех пор, пока подобное святотатство не прекратили мусульманские части. Начались аресты и расстрелы священников. Всего за несколько месяцев (январь-июнь) в Оренбургской епархии от большевиков пострадало более 60 священников, из них около 15 было расстреляно, в том числе видный общественный деятель Верхнеуральска протоиерей Михаил Громогласов. Разорено 8 храмов.
Ко дню Святой Пасхи 1918 года указом Патриарха Тихона епископ Мефодий был возведён в сан архиепископа Оренбургского и Тургайского.
Едва придя к власти, большевики стали собирать в Оренбургской губернии продовольствие. Поскольку сами они могли произвести только революцию, то за хлебом пришли в станицы к казакам, одновременно требуя сдачи оружия, а предварительно – захватив в заложники мальчишек-юнкеров. Стали возникать серьёзные конфликты, самым известным из которых является Изобильненское дело.

Возвращение Дутова в Оренбург

28 марта в станице Ветлянской казаки уничтожили прод­отряд председателя совета Илецкой Защиты П.А. Персиянова (после того как нашли гранаты в его санях), 2 апреля в станице Изобильной – карательный отряд председателя Оренбургского ВРК С.М. Цвиллинга, а в ночь на 4 апреля отряд под командованием войскового старшины Н.В. Лукина совершил дерзкий налёт на Оренбург, заняв город на некоторое время и нанеся красным ощутимые потери (есть версия журналиста Константина Артемьева, что это произошло после того, как красные расстреляли заложников-юнкеров). Красные ответили жестокими мерами: расстреливали, сжигали сопротивлявшиеся станицы (весной 1918 года сожжено 11 станиц), налагали контрибуции.
Так, от станицы Донецкой осталось только 15 дворов из 652-х. Здесь было убито, сожжено заживо несколько казачьих семей, а также 10 000 пудов хлеба. В Татищевской сожгли 539 дворов из 602-х, в Благословенской – 213 дворов из 224-х, в Верхне-Павловской – 193 из 485-ти, в Нижне-Павловской – 446 из 688-ми, в Угольной сожгли 560 дворов, в Григорьевской – 560, Пречистенской – 400, в Донгузской – все 77 дворов. Всего только по Первому Оренбургскому отделу сгорело 2115 дворов, а по войску более четырёх тысяч. Уничтожались также и храмы.
Сопротивление в казачьем крае успешно проходило под руководством штаба повстанцев во главе с войсковым старшиной Д.М. Красноярцевым. В 20-х числах мая в Тургай прибыла делегация объединённых станиц – член войскового правительства Г.Г. Богданов и подъесаул И.Н. Пивоваров, которая передала Дутову просьбу прибыть в войско и возглавить там борьбу с большевиками. Красноярцев, обращаясь к Дутову, писал: «Батько Атаман. Я и съезд 25 объединённых станиц... услышав близость Вашу, просим прибыть в станицу Ветлянскую вместе с правительством. Вы необходимы, Ваше имя на устах у всех, Вы своим присутствием ещё более вдохнёте единения, бодрости и подъёма. Борьба идёт пять месяцев, отбито и на руках 11 пулемётов, четыре годных пушки... Дух бодрый, надежда есть, большевики из России гонятся: Самара, Сызрань, Пенза, Кузнецк, Саратов, Царицын, Камышин свергнуты, жизнь в них большевиков кончается. Уральцы с нами в союзе. Идите же помогайте, работы много».
В результате к июню только на территории 1-го военного округа в повстанческой борьбе участвовало свыше шести тысяч казаков. В конце мая к движению присоединились казаки 3-го военного округа, поддержанные восставшими чехословаками.
Когда 3 июля 1918 года в Оренбург вступили белоказаки, а затем войска чешского корпуса, тональность речей владыки Мефодия изменилась. Политика нейтралитета, невмешательства в дела мирские была забыта. Владыка сам встречал войскового атамана. В кафедральном соборе с приветственным словом к братьям казакам и славянам освободителям выступил архиепископ Оренбургский и Тургайский. В его страстной речи были такие слова: «...Пять месяцев мы жили под игом кровавой власти, пять месяцев эта страшная власть производила расправу, день и ночь совершала казни, утро и вечер омывались кровью, пьянела кровью казнённых, выслеживала, ловила, безжалостно убивала свои жертвы, подобно тому, как охотник выслеживает дикого зверя в его логовище и убивает его. Кто же были эти жертвы? Кто были эти люди, обречённые на истребление как хищные звери? Это были лучшие люди, благороднейшие граждане, боровшиеся за свободу. Не за власть, не за диктатуру они умирали, а за свободу; не за буржуазию боролись; пусть эта гнилая клевета смолкнет, а за право и свободу всех граждан».
Архиепископ Мефодий в своём выступлении охарактеризовал не только большевистские дни в Оренбуржье, но и выделил тех, кто принял на себя основной крест борьбы с большевизмом, владыка впервые дал оценку и правящей в России партии:
«Во главе бесстрашных героев шло офицерство. Не за свои погоны, не за свои мундиры оно, оставленное вначале всеми, клало свои головы за свободу. Одинокие, брошенные на расстрелы, падали в неравной борьбе один за другим герои: не склонило офицерство своей головы перед самозванцами-пришельцами, неизвестно кем поставленными у власти и неизвестно по какому праву требовавшими признания своей власти.
...Ушла власть, упившаяся кровью своих жертв, омрачившая казнями святейшие христианские дни праздника Благовещения, страстей Христовых, пресветлые дни Пасхи, осквернившая мерзостным и отвратительным кощунством храмы Божии и величайшие святыни».
Как председателю войскового правительства, атаману Александру Дутову пришлось не только организовывать вооружённое сопротивление войскам большевиков, но и заниматься хозяйственными делами, в том числе помогать восстанавливать сгоревшие станицы, используя для этого всё, что можно: помощь белого правительства, аукционы, сбор пожертвований и т. д.
«Режим, установленный Дутовым на Южном Урале, был относительно мягким и терпимым к различным политическим течениям, вплоть до меньшевистского», – утверждает доктор исторических наук Андрей Ганин. Слухи же о невероятных зверствах дутовцев – не что иное как политический заказ. Красным историкам-безбожникам просто не дано было понять, что атаман Дутов был глубоко верующим человеком, поэтому он не мог отдать приказ убивать просто так. Действительно, при Дутове на территории края действовали военно-полевые суды, однако они выносили не только приговоры о расстреле, но и оправдательные приговоры. Они руководствовались до­военными нормами права. Так, 1 апреля 1919 года военно-полевой суд при штабе I Оренбургского казачьего корпуса рассмотрел дело о 74 крестьянах, захваченных с оружием в руках и оказавших сопротивление правительственным войскам. Из числа задержанных расстреляно было только 11 человек,
24 получили различные сроки (от 12 до 24 лет ссылки), а 39 были полностью оправданы.
Александр Ильич Дутов прекрасно понимал необходимость образования, и, несмотря на разруху гражданской войны, процесс обучения на территории войска не прекращался ни на день. А 20 октября 1918 года в Оренбурге произошло незаурядное событие – была торжественно открыта Высшая вольная школа – первое высшее учебное заведение на Южном Урале. На его открытии было всё руководство войска во главе с атаманом.
Вообще, на 1917 год в вой­ске работало 650 начальных училищ, 30 двуклассных и 30 высших начальных училищ, 3 прогимназии. Только в 1918 году на казачьей территории было открыто 40 но­-
вых школ и четыре четырёхклассные войсковые гимназии. В станице Усть-Уйской гимназия формировалась по типу реального училища. Всего на территории войска в русских школах обучалось 56 000 детей, в мусульманских – 5000.
Находились в войске и средства на культуру. Так, при вой­сковом штабе существовали оркестр и хор. Во время пребывания Дутова в Оренбурге в 1918 году здесь выступал с концертами один из основателей российской классической виолончельной школы, профессор саратовской консерватории С.М. Козолупов – будущий учитель М.Л. Ростроповича. Сам он был из оренбургских казаков, и именно он возродил войсковой оркестр. Работали в городе
театр и кинотеатры.
Сохранилось расписание ежедневной работы Дутова. Его рабочий день начинался в 8 утра и продолжался не менее 12 часов практически без перерыва. Дутов был совершенно доступен для простых людей – любой человек мог прийти к атаману со своими вопросами или проблемами.
Но гражданская война – это всё же война! 28 сентября казаки взяли Орск – последний из городов на территории вой­ска, занятых большевиками. Таким образом, территория вой­ска была на некоторое время полностью очищена от красных. Этот успех во многом обеспечил сам атаман Дутов, который, несмотря на сильную оппозицию своей власти со стороны эсеров из войсковой интеллигенции и части повстанческих вожаков, сумел удержать единоличную власть и подчинить себе прежде независимые повстанческие партизанские отряды, приведя их к традиционному виду ка­зачьих частей. За взятие Орска Дутов по решению войскового круга 1 октября был произведён в генерал-лейтенанты. Офи­циально производство было осуществлено «за заслуги перед Родиной и Войском» и утверждено Верховным главнокомандующим всеми сухопутными и морскими вооружёнными силами России генералом В.Г. Болдыревым.

Когда решалась судьба революции

Во второй половине 1918-го – первой половине 1919 годов в ожесточённой борьбе на Урале решалась дальнейшая судьба России. Но решилась она не в пользу Белого движения. Приказом адмирала Колчака от 29 декабря 1918 года Юго-Западная армия была разделена на Оренбургскую и Уральскую. Оренбургской остался командовать Дутов. Но уже 21 января белые оставили Оренбург и отходили с тяжелыми боями на восток, вглубь территории войска. А на другой день в Оренбург вступили части Симбирской Железной стрелковой дивизии Гая, а с юга – конница Туркестанской армии красных. Войсковое правительство и атаман перебрались сначала в Орск, а затем в Троицк.
Усугубило положение в казачьем крае предательство башкир во главе с начальником башкирского войскового управления Ахмед-Заки Валидовым. После почти трёх месяцев секретных переговоров 18 февраля башкиры перешли на сторону большевиков и открыли им фронт. С первых чисел апреля Дутов уже фактически не командовал Отдельной Оренбургской армией, а уехал в Омск и занимался там политической деятельностью. Адмирал Колчак назначил его походным атаманом всех казачьих войск и генерал-инспектором кавалерии, сохраняя за ним также и должность войскового атамана Оренбургского казачьего войска.
В начале июня Дутов отправился в инспекторскую поездку по казачьим войскам Дальнего Востока, где руководил борьбой с партизанским движением, а также налаживал взаимоотношения между верховной государственной властью и местными атаманами Г.М. Семёновым, И.П. Калмыковым и И.М. Гамовым, ориентировавшимися в своей политике на Японию. Основным итогом поездки Дутова стала переориентация Омска на сотрудничество с местными атаманами в борьбе с красным партизанским движением. Избранный курс усиливал значение казачества в политике Колчака. Сами атаманы постарались продемонстрировать свою полную лояльность Верховному правителю, однако так и не дали ни одной части на Восточный фронт.
В этой поездке Дутова сопровождал епископ Камчатский и Петропавловский Нестор (Анисимов), и именно его атаман предложил назначить «епископом всех казачьих войск» по возвращении в Омск, которое состоялось лишь 12 августа. Но стратегическая инициатива на тот момент уже окончательно перешла к красным войскам.
18 сентября 1919 года Южная армия была переименована в Оренбургскую, 21 сентября в командование ею вступил Дутов (фактически он был вынужден задержаться в Омске для участия в работе казачьей конференции). Дутов и его начальник штаба генерал Зайцев прибыли к войскам, когда те находились в районе городов Атбасар и Кокчетав. К тому времени ситуация на фронте сложилась таким образом, что Оренбургская армия не смогла выйти к Барнаулу и Семипалатинску, как планировала. А после сдачи 19 ноября белыми частями Омска у армии Дутова оставался единственный путь – в Семиречье через Голодную степь.

Явление Табынской иконы
и Голодный поход

В это трагичное время у оренбуржцев, которые находились уже далеко от родных мест, в районе Акмолинска (ныне – столица Казахстана Астана), появилась Табынская икона Божией Матери. Вот что А.И. Дутов телеграфировал главнокомандующему (А.В. Колчаку) по этому случаю: «16 ноября неожиданно явилась в штаб вверенной мне армии чудотворная икона Табынской Божией Матери (имеется в виду Табынская икона Божией Матери – В.Б.) с небольшим штатом священнослужителей. Видя Перст Божий, неисповедимыми путями направивший святой образ в Оренбургскую армию, принял икону, и отныне она находится под защитой Оренбургской армии. Донося о том, прошу объявить оренбургским казакам, башкирам и уфимцам, что святыня края найдена и 25 ноября назначено молебствие перед чудотворной иконой о даровании победы».
Сведения об этом приведены в книге московского историка д.и.н. А.В. Ганина «Атаман А.И. Дутов». Их подтвердил потомок оренбургских казаков Виталий Швырёв, оба деда которого ушли в тот страшный поход вместе с атаманом Дутовым. Сейчас он проживает в Караганде. По его словам, местные жители помнят до сих пор, что чудотворная Табынская икона действительно пришла в армию атамана Дутова в районе станицы Санниковской, входившей до революции в состав Оренбургского казачьего войска. Более того, ныне восстановлена церковь, где атаман Александр Дутов и командиры его подразделений молились перед пришедшей иконой.
А вот общего молебна о победе не было из-за наступления красных. 22 ноября 1919 года начался голодный поход армии Дутова. Как пишет в своей книге А.В. Ганин, по степени тягот, выпавших на долю отступавших частей Дутова, из всех белых армий с ними могут сравниться только войска Отдельной Уральской армии, почти полностью погибшей в Туркестане в 1920 году (из 12 тысяч уральцев, вышедших с территории войска, до Персии добралось лишь 214 человек).
По-настоящему, это был крестный путь Отдельной Оренбургской армии, отступавшей по малонаселённой, голодной местности, с ночёвками под открытым небом. Резали и ели лошадей и верблюдов. У местного населения отбиралось всё: продукты, фураж, одежда, транспорт, но этого было недостаточно для многотысячной людской массы. За реквизируемое, как правило, выплачивали деньги, хотя и не в должном размере. Самым тяжёлым был участок пути длиной в 550 вёрст от Каркаралинска до Сергиополя. К свирепствующему в армии тифу добавились двадцати-тридцатиградусные морозы, что было смертельно опасно для истощённых людей. По свидетельству участника похода, «снега да бураны морозные, холод да голод... Пустыня безлюдная... Люди гибнут, и лошади дохнут сотнями – от бескормицы валятся... Кто на ногах – ещё бредут кое-как с отшибленной памятью... Поголовный тиф всех видов увеличивает тяжесть похода: здоровые везут больных, пока сами не свалятся; спят в пустынной местности все вместе, прижимаясь друг к другу, здоровые и больные... Отставшие погибают». Красная конница поначалу преследовала отступающих, но на середине пути соприкосновение с противником было потеряно.
Весь этот крестный путь прошла с оренбуржцами и Табынская икона Божией Матери. По воспоминаниям участника похода войскового старшины Оренбургского казачьего войска Савича, даже в таких нечеловеческих условиях икону почитали, она шествовала в особой каретке о двух конях.
Как уже было сказано, далеко не все пережили этот поход. Данные о численности дутовских войск того периода сильно разнятся. Однако, по оценке А.В. Ганина, из 20-тысячной в районе Кокчетава армии до Сергиополя дошло около половины. Сам Дутов считал, что удалось вывести 14 тысяч человек при 150 пулемётах и 15 орудиях (оставшиеся на территории войска оренбургские казаки – в том числе перешедшие на сторону красных – были практически полностью уничтожены в 30-е годы прошлого столетия).

В Западном Китае

Появление дутовцев в Семиречье стало неприятным сюрпризом для атамана Анненкова, в отряде которого царили махновские законы. «Не только жители, но и оренбургская армия, – писал бывший командир 4-го корпуса Отдельной Оренбургской армии (наиболее боеспособное подразделение оренбуржцев в конце 1919-го – начале 1920-го годов) генерал А.С. Бакич в сентябре 1920 года директору Русско-Азиатского банка, – после перенесённого похода от Каркаралинска, попав в район оперирования партизан Анненкова, немало испытала горя и лишения от своеобразного хозяйничанья на русской земле над русскими же людьми, защитниками единой России «брата-атамана» и его помощников. Больных и изнурённых походом и недостатком продовольствия солдат бессовестно обирали партизаны и районные коменданты атамана. От вышедших же вместе с армией беженцев было отобрано всё до последних пожитков...». Неслучайно уже в Китае Бакич просил местные власти разместить анненковцев на расстоянии не менее 150 вёрст от оренбуржцев.
Несмотря ни на что в Семиречье оренбургские казаки под командованием генерал-майора Бакича также были наиболее бое­способной единицей. Однако атаман Анненков не позаботился о должном снабжении их оружием и патронами, которые позже попали в руки красных. В результате 27 (14) марта 1920 года отряд имени атамана Дутова (под командованием А.С. Бакича) был вынужден перейти на территорию Китая. А 2 апреля (20 марта) сам атаман с конвойной сотней и отрядом особого назначения перешёл в Китай в районе города Джимпань Синьдзянской провинции через перевал Кара-Сарык на горном хребте Джунгарский Алатау (высота – около 4000 метров над уровнем моря).
Оренбургскому историку Вячеславу Войнову в спецхране архива Советской Армии и Октябрьской революции удалось найти письмо А.И. Дутова генералу А.С. Бакичу, в котором тот говорил, что дорога их шла по ледовому карнизу, с которого срывались люди и лошади, вьюки пришлось нести на руках. «Вышли мы 50 % пешком, – пишет А. И. Дутов, – без вещей, вынесли только икону, пулемёты и оружие...». Вообще перевал Кара-Сарык открывается лишь в июне. Однако Дутову со своим отрядом удалось преодолеть его за двое суток в апреле.
По воспоминаниям войскового старшины Савича, после преодоления перевала казаки «стали лагерем на берегу горной речки Барталы, и была Светлая седмица, и приказал атаман построить из зелени кущу для иконы, пред которой и пели мы Пасху, а вокруг стояли конные степняки – понимали, видно, что мы благодарим Бога, и потчевали нас вынимаемыми из-за пазух горячими лепёшками».
Табынская икона была определена в храм города Суйдуна (в этом районе жили потомки казаков, пленённых китайцами в 1865 году в Албазине, которые сохранили православную веру), а в 1938 году переведена в новый Свято-Никольский храм города Кульджи. В отряде атамана Дутова через перевал перешёл и игумен Иона (в миру – Владимир Ильич Покровский), будущий святитель Иона Ханькоуский, Манчжурский чудотворец, который в 1996 году причислен к лику святых Русской Православной Церковью Заграницей.
В 2008 году журналисту областной газеты «Оренбуржье» Константину Артемьеву, который вместе с атаманом ГОКО «Славянское» Юрием Бельковым (отошёл ко Господу 24 июня 2014 года) в поисках могилы атамана А.И. Дутова посетил Китай, посчастливилось встретиться с Анд­реем Фокиным – сыном Кузьмы Андреевича Фокина, который во время страшного перехода через горный хребет нёс Табынскую икону Божией Матери. Он был хранителем иконы и не расставался с ней до 1964 года, когда хунвейбины разгромили кульджинскую церковь.
Перед этим всех прихожан, по воспоминаниям А.К. Фокина, которому было тогда семнадцать лет, арестовали после воскресной службы и посадили в тюрьму. По мнению Андрея Кузьмича, таким образом местные власти просто защитили русских от погромщиков. Когда через две недели всех выпустили, на русском кладбище догорали кресты. Церковь зияла выбитыми стёклами, а во дворе высилась гора пепла от сожжённой церковной утвари. Но в пепле не было металла от расплавленных окладов с икон (по свидетельству потомков казаков, Табынская икона Божией Матери стояла в кульджинском храме в серебряном окладе, из которого были вынуты драгоценные камни). Вероятно, фанатиками руководил кто-то знающий реальную цену реликвиям. Всё реквизированное в годы китайской «культурной революции» до сих пор находится в спецхране культурных ценностей города Урумчи. Говорят, что видели там и Табынскую икону.
В Китае Дутов не терял надежды возобновить борьбу с большевиками. Именно с его деятельностью в советской историографии связывалась подготовка восстания в Нарынском уезде Туркестана в ноябре 1920 года. Он поддерживал связь с лидерами басмачей, предпринимал попытки организовать антибольшевистское подполье в рядах РККА.
Однако объединить все антибольшевистские силы Западного Китая для похода на Советскую Россию Дутов не смог. Тем не менее 12 августа (30 июля) 1920 года Дутов издал приказ № 141 об объединении антибольшевистских сил в Западном Китае в Оренбургскую Отдельную армию. По сути, приказ Дутова был необходим, но оренбургский атаман превысил свои возможности и не учёл изменившихся обстоятельств, при которых командиры белых отрядов, перешедших в Китай, фактически оказались независимыми друг от друга начальниками.
Обеспокоенность советского руководства наличием значительных организованных и закалённых годами борьбы антибольшевистских сил вблизи границ Советской России понятна, тем более что сами белые не теряли надежды свергнуть большевистский режим. Антибольшевистская деятельность Дутова и его непререкаемый авторитет в казачестве побудили Москву к решительным мерам. Была подготовлена спецоперация первоначально по похищению, а позднее – по ликвидации Дутова. Под видом единомышленника из России к атаману проник советский агент К.Г. Чанышев. 6 февраля 1921 года Дутов был смертельно ранен одним из подчиненных Чанышева – М. Ходжамиаровым и на следующий день скончался в своей квартире. Были смертельно ранены два человека из охраны, пытавшиеся оказать сопротивление. Стрелявшим удалось скрыться. Это убийство было, видимо, первым в череде подобных зарубежных ликвидаций, осуществленных советскими спецслужбами.
По некоторым данным, через несколько суток могила Дутова была ночью разрыта, а тело обез­главлено: убийцы должны были представить доказательство исполнения приказа (есть версия, что их родные были в заложниках). Устранение такого крупного политического и военного деятеля, каким являлся Дутов, нанесло оренбургскому казачеству сильнейший удар. Заменить атамана никто не смог.
Конечно, Дутов не был идеальным человеком, обладал многочисленными слабостями, свойственными обычным людям, но при этом всё же проявил качества, позволившие ему в смутное время встать во главе одного из крупнейших казачьих войск России, создать практически из ничего собственную вполне боеспособную армию и повести беспощадную борьбу с большевиками; он стал выразителем надежд, а порой даже кумиром сотен тысяч поверивших ему людей.
Что касается Табынской иконы Божией Матери, то в Советской России репрессиям подвергались не только списки Табынской иконы, но и все места, с ней связанные. Почитание иконы возобновляется в 90-е годы XX века. Ныне на Святых ключах, куда едут тысячи паломников, действует Табынский женский монастырь. В 2010 году казаками возрождённого Оренбургского казачьего войска был возобновлён большой крестный ход (инициатор – войсковой старшина Константин Крылов) с Табынской иконой Божией Матери (первоначально по благословению митрополита Оренбургского и Бузулукского Валентина, а затем и Патриарха Московского и всея Руси Кирилла). За шесть лет современные казаки побывали во многих епархиях Русской Православной Церкви на территории России, а после благословения благого дела Патриархом Московским и всея Руси Кириллом и за рубежом, в том числе – на Афоне. В 2015 году Табынская икона прошла по территории Польши, Германии, Франции, Италии.
В 2016 году крестный ход с Табынской иконой Божией Матери продолжается.

Исторические фото из «Оренбургского казачьего альбома» (составители: Семёнов В.Г. и Семёнова В.П.)

Прочитано 383 раз
Баклыков Владимир

Владимир Павлович Баклыков родился в 1965 году в г. Невьянске Свердловской области, работал учеником слесаря на Оренбургском машиностроительном заводе (ныне ПО «Стрела»).
Окончил МВТУ им. Н.Э. Баумана, вернулся на родной завод инженером-конструктором.
С 1995 года в журналистике. Работал заместителем редактора газеты «Вечерний Оренбург», директором газеты «Патриот Оренбуржья», пресс-секретарём главы администрации Оренбургской области, пресс-секретарём Оренбургского войскового казачьего общества, вместе с атаманом Юрием Бельковым (†2014) создал газету «Станица Славянская» и был её первым главным редактором. Военное звание - лейтенант, казачий чин - подъесаул.
Лауреат Всероссийской премии движения «Яблоко» – «Вопреки» (им. Ларисы Юдиной), ряда областных и муниципальных журналистских премий. Член Союза журналистов России.
Лауреат литературных премий им. Валериана Правдухина альманаха «Гостиный Двор» (2014) и литературной премии Оренбургской епархии "Словотворцы" (2014).
В настоящее время – редактор журнала «Православный Духовный Вестник Саракташского благочиния». Живёт в Оренбурге.

Сайт: baklykov.info

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Свято-Троицкая Симеонова Обитель Милосердия

Свято-Троицкая Симеонова Обитель Милосердия

пос. Саракташ

By Баклыков Владимир

Свято-Троицкая Симеонова Обитель Милосердия

More...
Дети и престарелые просят помощи

Дети и престарелые просят помощи

Наши проекты

Общий вид нового Дома Милосердия

By Баклыков Владимир

Дорогие братья и сестры, все неравнодушные люди! В связи с острой необходимостью мы были вынуждены принять решение о начале строительства…

More...
Спасские казаки активно участвуют в жизни Обители Милосердия

Спасские казаки активно участвуют в жизни Обители Милосердия

В день Георгия Победоносца

By Баклыков Владимир

В день Георгия Победоносца

More...
Архиерейское служение в Свято-Троицком соборе

Архиерейское служение в Свято-Троицком соборе

Служба митрополита Оренбургского Валентина

By Баклыков Владимир

Служба митрополита Оренбургского и Саракташского Валентина

More...
Православная гимназия Сергия Радонежского

Православная гимназия Сергия Радонежского

На уроке в православной гимназии

By Баклыков Владимир

На уроке в православной гимназии

More...
Frontpage Slideshow | Copyright © 2006-2012 JoomlaWorks Ltd.

Блок сортировки

« Июнь 2017 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.

Православные новости

Читать все Новости